В марте появилось новое положение о чемпионате и Кубке СССР. Памятуя о постоянных организационных проблемах, его авторы писали: «Утвержденный календарь будет незыблем на протяжении всего розыгрыша. Игры не отменяются и не переносятся при любых обстоятельствах». Жизнь распорядилась иначе.

Сезон спартаковцы начали не очень удачно. После крупной победы в Харькове (5:1) последовали поражение от армейцев (0:2) и ничья с московским «Динамо» (1:1). Роковыми оказались грубые вратарские ошибки: в матче с ЦДКА Акимова, с динамовцами - Леонтьева. После осечек на старте «Спартак» продолжало лихорадить. Хорошие игры чередовались с провальными. 17 июня красно-белые уступили в Ленинграде «Зениту» и 22-го там же должны были встретится с местным «Спартаком». Но матч не состоялся. Началась война.

Ушли добровольцами на фронт начальник «Спартака», его бывший голкипер Иван Филиппов и тренер Петр Попов. Оба, как и Владислав Жмельков, получивший две медали «За отвагу» и орден Славы 3-й степени, закончили войну в 45-м в Берлине. На полях сражений сложили головы спартаковцы прошлых лет Анатолий Величкин и Степан Кустылкин.

Интересно сложились судьбы двух польских форвардов, выступавших за «Спартак», Болеслава Габовского и Адама Волянина. Габовский в конце 30-х провел пару матчей за сборную Польши, а в 1940-м, когда часть его родины - Западная Украина - вошла в СССР, оказался в московской команде. Оба спартаковца воевали в рядах армии, сформированной в Советском Союзе председателем правительства Польши в изгнании Владиславом Сикорским. Поначалу предполагалось, что, получив вооружение от западных союзников, она выступит против Германии на территории нашей страны. Однако в силу ряда причин эти замыслы не были осуществлены, и армию генерала Андерса выпустили из СССР, а чуть позже она вошла в состав войск Великобритании.

Служба Волянина и Габовского проходила в Индии, Иране, других странах Ближнего Востока и Африки. Войну оба спартаковских поляка завершили в Англии. Если Габовский с футболом расстался, то Волянин, попробовав силы в «Блэкпуле», перебрался в США. В Америке он достиг немалых высот, до 40 лет защищал цвета различных чикагских клубов, побеждал в открытом Кубке США, участвовал в матчах всех звезд. А в 1950 году, получив американское гражданство, поехал на чемпионат мира в Бразилию, где сыграл один матч против Испании. В 1976 году Волянина ввели в зал футбольной славы.

Но вернемся в роковой 1941-й. Первенство СССР прервалось, однако футбольная жизнь не замерла. Оказавшиеся свободными игроки включились в весенний чемпионат столицы среди клубов. А уже 20 июля, меньше чем через месяц после начала войны, стартовал розыгрыш Кубка Москвы, в котором приняли участие 32 коллектива. Спартаковцы, без проблем пройдя первые два раунда, в четвертьфинале со счетом 1:2 уступили «Торпедо», которое выступало в сильнейшем составе.

В том матче против «Спартака» играли Акимов и Н.Морозов. Война диктовала свои условия, и те футболисты, которые не ушли летом на фронт, устраивались на оборонные заводы. По свидетельству ныне здравствующих Анатолия Сеглина и Александра Оботова, помогал им в этом Николай Старостин. Такой шаг автоматически влек за собой переход из спартаковского в профсоюзное спортивное общество и жесткую необходимость выступать за другую команду. Так, в осеннем чемпионате Москвы-41 за «Зенит», представлявший завод № 58, играли Глазков, Н.Гуляев, Корнилов, Рязанцев, В.Степанов, Тучков, А.Соколов, Вик.Соколов; за «Крылья Советов» (завод №45) - Леонтьев, Н.Исаев, Климов, Семенов, Смыслов, Б.Соколов, Вас.Соколов, Тимаков, Холодков. Поэтому не должны удивлять крупные поражения «Спартака» от конкурентов, почти полностью сохранивших лучших игроков, да еще получивших солидное красно-белое пополнение.

Осеннее первенство 1941 года проводилось в один круг. В нем приняли участие 23 команды. В первую группу первоначально включили 7 коллективов, причем «Спартак» должен был играть во второй. Но перед самым стартом команду вернули в класс сильнейших. Правда, обескровленный «Спартак» не мог претендовать на высокое место. Борьбу за чемпионство вели «Динамо» и «Торпедо». Но последний тур, в котором лидеры должны были в очном поединке выявить сильнейшего, не состоялся - к стенам Москвы подошел враг.