Золото у «Зенита» уже в кармане, но без победы над «Спартаком» радость чемпиона, судя по многочисленным сигналам с берегов Невы, не будет считаться полной. Sportbox.ru пытается понять природу такой пристрастной избирательности футбольного Санкт-Петербурга.
Игорь Денисов с прямотой, вполне соответствующей образу опорного хавбека, заявляет: «Спартак» я не люблю». Едкий Роман Широков на персональном информационном ресурсе поздравляет «всех хрюшек с заслуженным поражением». Умудрённый и взвешенный Сергей Семак не стесняется признаться, что вырезал из газеты ту табличку, где «Спартак» стоит на последнем месте. Юный Максим Канунников, не утруждая себя поиском дипломатических формулировок, говорит, что красно-белых нужно «выносить». А Лучано Спаллетти, безусловно синьор и отчасти даже мистер, с третьей попытки победив «Спартак» в Москве, выглядит человеком, у которого с плеч свалилась гора.
Что всё это значит? Почему «Зенит» так неравнодушен к красно-белым цветам? Откуда в многократном уже чемпионе, в безоговорочном лидере последних лет, которому по чину теперь полагаются манеры благообразные и несуетные, такая удивительная единодушная горячность по отношению к одному из соперников? Откуда эта обострённая, слегка нервическая реакция, заставляющая подозревать в сильном и самодостаточном клубе какие-то скрытые комплексы?
Сегодняшним радикалам, наверное, не поверится, что Юрий Морозов, почитаемый ныне классиком питерского футбола, состоял во вполне дружеских отношениях с Константином Бесковым в ту пору, когда тот был спартаковцем. Что случались времена, когда футболисты преспокойно переходили из одной команды в другую. Что, например, Михаил Бирюков, вратарь чемпионского состава 1984 года, а сейчас один из тренеров «Зенита», попал в Петербург из «Спартака». А Дмитрий Радченко, чьи голы когда-то принесли красно-белым историческую победу на «Сантьяго Бернабеу», прошёл обратным маршрутом. И уж совсем нереальным с позиций сегодняшнего дня выглядит воспоминание о том, что спартаковские и ленинградские болельщики когда-то приятельствовали.
Когда всё изменилось? Откуда берут начало нынешние страсти? Что или кто так категорически изменил тональность отношений между клубами?
Скорее всего, отправной точкой стали события середины девяностых годов прошлого века. А ключевой фигурой, видимо, стоит считать Павла Садырина. Когда в декабре 1994-го тренер вернулся в «Зенит», занявший в том сезоне 13-е место в первой лиге, он сразу сформулировал свои приоритеты: «Я пришёл сюда, чтобы выйти в высшую лигу и обыграть «Спартак». На следующий год «Зенит» получил право выхода в высшую лигу, а в 1996-м при первой же встрече обыграл красно-белых.
Понятно, что, провозглашая «Спартак» целью, Садырин задавал ориентир. В тот момент, когда тренер произносил ставшую впоследствии исторической фразу, команда Олега Романцева являлась трёхкратным и неизменным чемпионом России. Победить «Спартак» в те годы значило перевернуть мир. Хотя, возможно, Павел Фёдорович руководствовался не только сиюминутными резонами.
Особое отношение к красно-белым цветам у Садырина сформировалось, пожалуй, с 1984 года. Не секрет, что узловым пунктом первого чемпионского похода «Зенита» была как раз победа над «Спартаком». Перед тем матчем, проходившим в августовских «Лужниках», соперники возглавляли таблицу на пару: победитель матча становился единоличным лидером. Фаворитами, разумеется, считались москвичи, но ленинградской команде удалось выиграть. Причём со всеми возможными драматическими подробностями — тремя красивыми голами, отбитым пенальти, удалением и решающим мячом, забитым в меньшинстве. После той победы «Зенит» и поверил в то, что может стать чемпионом.
Двенадцать лет спустя победа над «Спартаком», означавшая реализацию садыринского манифеста, тоже состоялась в Москве. А в ноябре в Санкт-Петербурге, кажется, и случилось то, что в решающей степени заложило нынешнюю традицию непримиримости между клубами.
В заключительном туре чемпионата-96 «Спартаку», спорившему за золото с «Аланией», на невских берегах была нужна только победа. Владикавказ в «Зенит» верил. Не в последнюю очередь ещё и потому, что спонсором питерского клуба тогда была компания «Балтика», возглавляемая бизнесменом осетинского происхождения Теймуразом Боллоевым. Но хозяева проиграли, причём, как показалось некоторым, не совсем честно. Были скандальные заявления, взаимные упрёки — шум стоял приличный. Виновных не нашли, хотя без жертв всё же не обошлось. «Зенит» потерял Садырина и «Балтику». Причём тренера уже навсегда.
Город на Неве, говорят, те события всколыхнули не на шутку. «Петровский» на игре был забит под завязку (тогда это ещё являлось редкостью: другие лидеры, «Алания» и «Ротор», собрали в тот год всего по полстадиона), но ещё сильнее питерское самолюбие растревожили последующие бесконечные обсуждения, проходившие в обидном для северной столицы контексте. В общем, с тех пор «Спартак» всегда собирает на «Петровском» аншлаги (ещё раз стоит оговориться, что так было не всегда: в мае 1992-го, к примеру, первая в российской истории встреча сторон собрала на стадионе имени Кирова семь тысяч человек), а победа над этим соперником стала делом чести не только для «Зенита», но и для всего Санкт-Петербурга. Теперь на невских берегах это уже и образ мысли, и состояние души.
Золото у «Зенита» уже в кармане, но без победы над «Спартаком» радость чемпиона, судя по многочисленным сигналам с берегов Невы, не будет считаться полной. Sportbox.ru пытается понять природу такой пристрастной избирательности футбольного Санкт-Петербурга.